15 июня 2026 Совет ЕС принял три отдельных решения по России — по теневому танкерному флоту и нефтетрейдерским сетям, по пропагандистской машине и по «делу Навального». Ниже — что именно вошло в каждый блок и почему это касается не только фигурантов списков, но и любого, кто думает о защите капитала.
01Война и теневой флот
Первый блок — 9 человек и 45 компаний. В центре — операторы танкеров и «технические менеджеры» судов, зарегистрированные в ОАЭ, Турции, Азербайджане, Гонконге и Либерии. Они возят российскую нефть в обход санкций: без нормальной страховки, с отключёнными транспондерами AIS и перевалкой «борт в борт» в открытом море — чтобы скрыть происхождение груза.
Отдельно в списке — нефтетрейдерская сеть 2Rivers (бывшая Coral Energy), основатель которой базируется в Женеве, и связанная структура Nord Axis в Гонконге. Эти компании выступают звеном между российской нефтью и конечными покупателями, маскируя цепочку владения и расчётов.
Под санкции попали и две китайские компании. Одна из них — Xinxiang Richful — публичная, торгуется на бирже Шэньчжэня (код 300910). Это первый случай, когда ЕС внёс в санкционный список публичную компанию из КНР. Замыкают блок производители FPV-дронов, фигуры, связанные с «Ростехом», и заводы, выпускающие комплектующие для ракет «Искандер» и самолётов Су-34.
02Пропагандистская машина
Второй блок — 10 человек и Президентский фонд культурных инициатив (ПФКИ). По версии ЕС, через ПФКИ финансировалось PR-агентство «Безграничные», обслуживавшее государственную информационную повестку.
В списке физлиц — блогер Саша Йост (Sasha meets Russia), ведущие Первого канала и Solovyov LIVE, колумнист RT, Life и «Коммерсанта», а также митрополит Тихон (Шевкунов). ЕС трактует их как участников системы распространения государственной пропаганды.
03Дело Навального
Третий блок — 15 человек и холдинг NtechLab (технология распознавания лиц). Поводом стало заявление от 14 февраля, когда Британия, Швеция, Франция, Германия и Нидерланды публично озвучили версию об отравлении эпибатидином — токсином южноамериканских лягушек, который в природе на территории РФ не встречается.
В списке фигурантов — оперативники ФСБ, врачи, прокуроры и судьи, по версии ЕС причастные к преследованию. Источник всех трёх блоков — Official Journal ЕС от 15.6.2026.
04Аналитический угол Charter Capital
Главное для держателя капитала — не конкретные фамилии, а механика. Это секондари-санкции: ЕС бьёт не только по российским резидентам, но и по третьим странам-транзитёрам — ОАЭ, Турции, Гонконгу, Азербайджану. То есть по тем самым хабам хранения и движения капитала, которые многие до сих пор считали «тихой гаванью».
Второй важный сигнал — прецедент с публичной китайской компанией. Внесение в список листингованной на Шэньчжэне Xinxiang Richful показывает: «китайский зонтик» больше не абсолют, и статус публичной компании на материковой бирже не гарантирует иммунитет от европейских ограничений. Та же логика, что мы разбирали в материалах о санкциях ЕС против криптоинфраструктуры и ударе Британии по P2P-сетям, теперь распространяется на нефть, оборонку и медиа.
Капитал проходит через ОАЭ, Турцию или Гонконг? Разберём санкционный профиль.
Опишите структуру владения, юрисдикции и контрагентов. В течение рабочего дня — карта рисков и план по подтверждению источника средств без «серых» звеньев.
05Вывод
Пакет от 15 июня ещё раз подтверждает простую вещь: в эпоху секондари-санкций защищает не юрисдикция, а чистый Source of Funds, прозрачная структура владения, отказ от «серых» посредников и санкционных контрагентов. Никакой офшор и никакой «зонтик» не спасают капитал, происхождение которого невозможно объяснить банку.
Charter Capital работает только с капиталом подтверждённого законного происхождения — и выстраивает структуру так, чтобы она проходила проверку любого банка-получателя. Если ваши потоки пересекаются с юрисдикциями и контрагентами из санкционной карты — начните с аудита AML-контура и подтверждения источника средств.